Войска Третьего Рейха напали на Советский Союз 22 июня 1941 года. Подверглась оккупации 1926 квадратных километра – 8,7 процентов всей территории. К 7 ноября 1944 года вся территория СССР была очищена от захватчиков, и война уже продолжалась за пределами страны. То есть освобождение заняло три года и четыре с лишним месяцев.
Азербайджанские территории оккупированы уже четверть века, местами – еще раньше. НКАО вышла из подчинения Баку почти тридцать лет назад – в следующем году будет тридцать лет – выросло целое поколение (и умерло тоже целое поколение!) губадлинцев, келбаджарцев, агдамцев, зангеланцев, физулинцев, которые которые родились и выросли кто где: в лагерях, общежитиях для беженцев, в Баку, в России — от Владивостока до Калининграда.
Такой долгой оккупации не бывает – история подобных примеров не знает. Такая долгая оккупация означает, что территория потеряна навсегда, просто эту горькую истину никто вслух не хочет вслух произносить – ни власть, которая просто узурпирована, ни оппозиция, по отношению к которой эта самая власть ведет себя как оккупационная.
Нагорный Карабах в состав Азербайджана ни в какой форме невозможно вернуть, и не только потому, что прошло почти тридцать лет с тех пор, как область вышла из подчинения Баку и с тех пор создала практически все атрибуты самостоятельного государственного образования, и даже периодически альтернативные президентские выборы проводит. Но тут  есть и другие причины.
Когда руководство Азербайджана говорит, что «если Карабах не удастся путем переговоров вернуть, оно вернет его силой», это у здравомыслящих людей может вызвать только горькую насмешку. Последние по крайней мере пятнадцать лет руководство Азербайджана утверждает, что по военной, экономической мощи, по человеческим ресурсам страна многократно превосходит маленькую, не имеющую природных ресурсов Армению. Но в истории также нет примеров, когда слабенькая, с небольшой численностью населения страна оккупировала четвертую часть территории соседа, который по всем пунктам ее превосходит. Нет таких примеров и их не могло быть. Если есть сила, есть военная мощь, что мешало все эти годы ее применить и освободить хотя бы территории, находящиеся за пределами Нагорного Карабаха? Ведь никто, даже Россия, не мог бы осудить Азербайджан, если бы он освободил агдамские, физулинские, зангеланские села, принадлежность которых никто под сомнение не ставит? Ведь за двадцать пять лет не освобождено ни одно село! Ни единое! В «апрельских боях» прошлого года погибли сотни солдат и офицеров – и что в итоге? Власти громко объявляют об освобождении одного-единственного села – Джоджук-Марджанлы – которое на самом деле никогда и не было оккупировано!
Я, конечно, не ставлю под сомнение патриотизм наших военных, их умение воевать. И ничего плохого про армию не хотелось бы говорить. Но если «самая мощная», по заявлениям самого же руководства, региональная армия не может за двадцать пять лет освободить хотя бы одно село, что я про нее должен подумать? То есть не о конкретных солдатах, готовых отдать свою жизнь, иногда неизвестно за что, а в целом об армии, о ее боеготовности, о ее способности решать стратегические задачи. Азербайджанская армия постоянно несет потери (потери армян пусть заботят самих армян) и это вдвойне трагично, потому что мы несем потери на собственной территории, то есть мы оккупированы, нас же бьют на оставшейся территории. Армянам есть за что жертвовать солдатской жизнью, они держатся за чужую территорию, равную почти всей Армении. Наши солдаты за что гибнут? За бравые заявления руководства, что «Карабах – наш» или «Карабах все равно вернем, хоть силой!»?
Если серьезно подумать, потери азербайджанской армии, то есть гибель рабоче-крестьянских детей (других среди погибших практически не бывает) совершенно бессмысленна. Конечно, не факт, что большую войну, если она произойдет (она вряд ли произойдет) Армения выиграет. Но руководство Азербайджана не готово к большой войне. Оно не готово ни к какой войне. Руководство Азербайджана народ не любит и народу не доверяет. В случае войны армия, которая теперь по составу народная, может и по духу стать народной. А руководство больше всего опасается сплочения народа, народного движения, консолидированного выражения народных чаяний…
И не будучи готовым и не имея намерений приступить к освобождению хотя бы тех территорий, находящихся за пределами Народного Карабаха, руководство Азербайджана в течение двух десятилетий делает вид, что оно непрерывно занято решением «карабахского вопроса» и вот-вот его решит. И все эти перманентные обострения, перестрелки, локальные боевые действия на самом деле служат только одному: чтобы у народа не было сомнений, что «Алиев занят вопросом и вот-вот его решит». И многочисленные жертвы, сотни и сотни солдатских жизней служат исключительно подкреплению манипуляций гипнотического свойства, совершаемых руководством.
Постоянно заявляя, что «мы никогда не откажемся от Карабаха», «мы вернем Карабах в состав Азербайджана», руководство Азербайджана, которое вот уже пятьдесят лет – за исключением коротких промежутков – не меняется, на самом деле санкционировало и колонизацию армянами тех семи районов, находящихся за пределами Нагорного Карабаха и объявленных оккупантами «зоной безопасности». Логика армян проста: если вы собираетесь вернуть Карабах силой, то мы ни в коем случае не откажемся от «зоны безопасности», то есть эти семь районов ни за что не вернем. В сложившейся ситуации, которая, простите за тавтологию, сложилась еще четверть века назад, Азербайджан должен был показать свою силу, то есть приступить к освобождению семи районов. Но не приступает, следовательно, армяне делают здравый вывод, заключающийся в том, что азербайджанское руководство просто блефует, для осуществления заявленных намерений у него нет ни воли, ни достаточной силы. И грозится дойти до Баку в случае новой войны…
Ситуация некоторым образом напоминает ту, которая сложилась на Ближнем Востоке. Палестинцы и поддерживающие их арабские государства когда-то не согласились созданием Израиля, поклялись никогда его не признавать и даже сбросить всех евреев в море. И случались войны. И после каждой арабо-израильской войны Израиль расширял свои территории. В результате от той территории, которая была в свое время была выделена Палестине решением ООН, осталась в распоряжении палестинцев, кажется, треть…
Азербайджанское руководство, отказываясь признавать независимый статус Карабаха, и не имея воли силой решить вопрос (что, конечно, невозможно), только способствует полному и окончательному отчуждению и тех семи районов, оккупированных армянами в качестве «зоны безопасности». То есть в результате переговоров, в той или иной форме признавая статус Карабаха, эти районы можно было бы вернуть. Это ведь не только территории. Это – люди. Это – история, культура, традиции. Люди, лишенные привычной среды обитания, подвергаются практически геноциду. То есть, больше не будет зангеланцев, келбаджарцев, губадлинцев, агдамцев, лачынцев… Да, это и по международным нормам геноцид. И в этом напрямую виновато азербайджанской руководство. Территориальный вопрос должен был быть решен давно. И если одно руководство не справляется, оно должно было уступить власть. А в Азербайджане, любой человек, не только претендующий на власть, но даже на какое-либо участие в управлении страной, объявляется врагом народа и оказывается в тюрьме…
Но есть очень серьезное различие между оккупацией азербайджанских территорий с ближневосточной ситуацией. Палестинцы не сумели создать собственное государство, не имеют его по сей день, следовательно, не имеют ни охраняемых границ, ни армию – всего того, что имеет Азербайджан. А выступавшие на стороне и как бы за интересы палестинцев арабские государства неоднократно терпели поражение. Азербайджан, как заявляет его же руководство, региональный лидер по всем параметрам. Но ведь не бывает такого, чтобы слабенькое государство отняло у сильнейшего соседа четвертую часть его территории и в течение четверти века не возвращало ни пяди! Это противоречит здравому смыслу и поверить в то, что руководство, «если понадобится», в любое время решит «карабахский вопрос», может только человек, находящийся под сильнейшим пропагандистским гипнозом. Особенно полнейшим издевательством над здравым смыслом звучит любимая Ильхамом Алиевым фраза: «если понадобится». А когда понадобится? Когда рак свистнет?
Между тем язык, стиль, содержание госпропаганды в Азербайджане буквально скопированы с оруэлловского романа. «Поражение – это победа». «Слабость – это сила». «Трусость – это мужество». Положив на поле боя сотни военных в апреле прошлого года и не освободив ни одного населенного пункта, Азербайджанское руководство объявило о крупнейшей своей победе и, кажется, по ей день эту «победу» продолжает праздновать. Между тем тогда тела некоторых убитых удалось вернуть через длительное время, и то с помощью международных организаций. Тех же организаций, которые азербайджанским руководством время от времени объявляются врагами Азербайджана, когда они защищают права невинно осужденных политических активистов…
ОППОЗИЦИЯ И КАРАБАХ
К сожалению, оппозиционные лидеры и активисты в Азербайджане в карабахском вопросе занимают примерно ту же позицию, что и правящий режим. То есть, от них тоже постоянно тоже можно услышать это заклинание: «Карабах рано или поздно вернем». Про руководителя партии Народного Фронта Али Керимли не могу ничего определенно сказать, он человек как бы деревенский, провинциальный – по мышлению, по манере поведения. Но вот Иса Гамбар, теперь неформальный лидер Мусавата, успевший когда-то недолгое время находиться на посту спикера парламента, человек образованный с современными взглядами. Думаю, он прекрасно понимает, что Карабах ушел навсегда, каким бы ни был его будущий статус – часть Армении или самостоятельное государство, как Косово – в состав Азербайджана никогда он не вернется. И с этим фактом надо смириться, надо избавиться от всяких минских групп, от всех посредников-дармоедов, вступить в прямые переговоры и все усилия направить на возвращение семи оккупированных районов за пределами Нагорного Карабаха. Но Иса Гамбар вряд ли на это пойдет. Он – человек слабый, народной поддержки у него нет. Если он объявит то, что он на самом деле думает, его в ту же минуту власти объявят врагом народа и посадят в тюрьму. К сожалению, к таким резким переменам судьбы, которые возможны и часто неизбежны в жизни больших политиков, азербайджанские оппозиционеры, особенно многолетние лидеры, привыкшие к более или менее комфортной, диванной жизни, не готовы…
Занимая в карабахском вопросе практически ту же позицию, что и власть, имея при этом, конечно, разные причины и мотивации, оппозиция тем самым выступает за дальнейшее продолжение конфликта, за бессмысленную гибель сотен и тысячи людей… Отдавая должное оппозиции за те чрезвычайные трудности, которым она подвергается властями, приходится сказать, что лидеры и функционеры оппозиционных партий тоже адаптировались к ситуации. Дружно твердя «Мы Карабах вернем», на самом деле лично они ничем не рискуют. Имена их детей или близких родственников среди погибших или получивших тяжелые увечья в прифронтовой зоне отсутствуют…
Пусть я буду первым азербайджанцем, кто открыто заявляет, что Нагорный Карабах – никогда не вернуть. Думаю, это ясно было старшему Алиеву тогда, когда он подписывал документы о перемирии. На самом деле это был акт о капитуляции. Есть две воюющие стороны. Одна сторона взяла то, на что изначально претендовала. Плюс еще семь районов. Есть тут победитель? Очевидно есть. Есть проигравший? Это тоже очевидно. Много времени с тех пор прошло, выросло целое поколение. Если Азербайджан не сумел вернуть утраченное двадцать, пятнадцать, десть лет назад, то не понятно, каким образом он вернет это самое утраченное в будущем? И когда это будущее наступит? Ответ тут один – никогда! Алиев-младший не имеет ни политическую волю, ни каких-либо военно-стратегических способностей, чтобы вернуть хотя бы семь районов, тоже оккупированных, но находящихся за пределами Нагорного Карабаха. Достаточно беглого взгляда на то, чем занята Алиевы-Пашаевы, любому станет очевидным, что они озабочены только сохранением как можно дольше своей монархической власти. Эти семьи народ никогда не уважали. Старший Алиев, еще будучи первым секретарем ЦК, маленьких детишек месяцами мучил на хлопковых полях, на табачных, чайных, виноградных плантациях исключительно для того, чтобы получить звезду Героя и попасть в Политбюро… Что означает простая человеческая жизнь для Ильхама Алиева, можно судить по тому, что отдавших жизнь за родину (на самом деле неизвестно за что) солдат он награждает медалью, и то третьей степени… Среди погибших военнослужащих нет детей не только из правящих семей, из семей высокопоставленных чиновников. Беда странным (на самом деле все очевидно) образом всегда минует чиновников даже самого низкого ранга. Гибнут только рабоче-крестьянские дети.
За что?
Поэтому я открыто заявляю: Карабах не вернуть!
Но милитаристская риторика азербайджанского руководства, которая давно всерьез не воспринимается армянской стороной, привела к тому, что оккупанты стали активно осваивать территории, находящиеся за пределами Нагорного Карабаха. Думаю, теперь и их возвращение будет крайне проблематично… Чтобы ситуацию кардинально изменить, нужны новые люди, имеющие политическую волю, здравый смысл и народную поддержку. Но народ деморализован, воля народная парализована пропагандой, запугиванием. Народ, который не может свободно выбрать даже муниципального депутата, какие задачи может решать?
Все обращения к международной общественности, к международным организациям бессмысленны. Все заявления правящего режима о том, то Азербайджан уважает права человека, в том числе всех меньшинств, давно никем не воспринимается всерьез. Если люди, то есть собственные граждане Азербайджана, по которым есть даже решение европейского суда, продолжают оставаться в тюрьме, какая международная организация возьмет на себя ответственность не то что заставлять, даже хотя бы призывать карабахских армян к возвращению в состав Азербайджана?
Сограждане! Соплеменники! Давайте признаем очевидное! Давайте совместно пытаться сохранить жизнь молоденьких ребят из рабоче-крестьянских семей, не успевших еще пожить.
Нагорный Карабах больше никоим образом не вернуть. Азербайджанцам надо вернуть объявленные армянами «зоной безопасности» районы и жить дальше. Территориальные потери случались с разными государствами, даже с сильными европейскими. Потеря территории – это не конец истории. В случае с армянонаселенным Нагорным Карабахом это даже не трагедия. Это скорее конец вековой тяжелой болезни. Трагедия – это постоянно, теперь кажется, что навсегда – находиться под игом угнетателей, лишающих собственный народ всякой надежды на развитие, на демократическую жизнь. Для избавления в первую очередь надо лишить этих самых угнетателей их козырной карты – вопроса о Нагорном Карабахе…
Х.Х.