— Ну, папаша, теперь Навальный и под нами начал копать? Много дерма он выкопает, я полагаю, — говорит Андвол Пинкертон Игорю Шувалову.
— Андвол, я думаю, что на некоторое время, пока этот шум не стихнет, вам придется передвигаться поездом. Я организую спецрейсы со спецвагонами, говорит Игорь Шувалов.
— Нет, папаша, поездом передвигаться будешь сам, потому что ты простолюдин, хоть и деньги и должность имеешь. А мы аристократы, на то имеется все надлежащие документы, свидетельства и прочие. Так что, папаша, или самолетом или никак. Пусть твой начальник Медведев сам едет на выставки. Посмотрим, как там он имидж России улучшать будет…

Коломбо: Сэр, вам не совершенно не стоит волноваться, вы даже можете не обратить на меня никакого внимания. Мой визит совершенно случаен. Я шел мимо, и даже не заметил, как я оказался в Кремле. Знаете, сэр, с моей женой такое часто происходит. Она вдруг совершенно неожиданно для себя оказывается там, где…

Путин: Лейтенант, вы можете оставить в покое свою жену. Что вас интересует?

Коломбо: Сэр, поверьте мне, я только случайно. И вопросов к вам практически у меня нет никаких. Только небольшую деталь хотелось бы уточнить, раз я у вас оказался. Знаете, сэр, когда я шел около Кремля, меня потрясло обилие охраны. Конечно, все сотрудники со мной обходились вежливо, все они меня узнавали, даже просили автограф. Но сэр, все же я потрясен. Сколько тут охраны, а убийц Немцова никто не заметил. Сэр, даже самого Немцова не заметили, вот что мне не дает покоя!

Путин: Лейтенант, тут ничего удивительного. Вы узнаваемый человек, а Немцов не был узнаваемым.

Коломбо: Сэр, боюсь, что я вас плохо понимаю.

Путин: Что тут не непонятного? Вы – телевизионный человек, а Немцов не был таковым.

Коломбо: Но, сэр, Немцов был известным политиком, занимал важные посты.

Путин: Ну и что? Его не показывали по телевизору, поэтому и мало кто его знал.

Коломбо: Сэр, позвольте тогда задать еще вопрос: почему  Немцова не показывали по телевизору?

Путин: Откуда мне знать, Коломбо? У нас свободная страна, СМИ у нас свободные, телевидение свободное – кого хочет, показывает, кого не хочет – не показывает. И никакой закон их не заставит поступать по-другому. У нас не Америка, у нас свобода превыше всего.

Коломбо: Сэр, то, что у вас не Америка, я начинаю понимать. Над всем остальным мне еще надо задуматься. Возможно, придется посоветоваться с женой… Но сэр, прежде позвольте задать вам еще один вопрос, который к убийству Немцова абсолютно никакого отношения не имеет…

Коломбо: Сэр, я в крайне затруднительном положении. Я даже не смею надеяться, что вы войдете в мое положение…

Путин: Лейтенант, мне не обязательно входить в ваше положение, мне вполне удобно в собственном положении. Итак, в чем затруднительность вашего положения?

Коломбо: Сэр, у меня есть один деликатный вопрос, который касается одной важной особы…

Путин: Коломбо, я уже догадываюсь, что какую особу вы имеете в виду. Мой ответ: нет! Я неоднократно говорил, что я женат на России. Но вам этого не понять. Потому что вы американец.

Коломбо: Сэр, действительно мне этого не понять. В Америке президенты не могут быть женаты на Америке, хотя бы потому, что президентами они работают временно. Сэр, все же вернемся к важной особе. Понимаете, меня смущает ее стремительная карьера в политике, в бизнесе… Ведь она раньше только спортом занималась, хороших университетов не кончала. У нее были спортивные медали и красота…

Путин: Лейтенант, вы ошибаетесь, если считаете, что женщины в России делают карьеру благодаря красоте. Вы Яровую видели?

Коломбо: Сэр, боюсь, что не видел…

Путин: Если еще не видели, нечего бояться. А вот когда увидите ее, вам может быть страшно. Потому что она страшная. А какую карьеру она сделала! Думаю, мой довод для вас достаточно убедителен, Коломбо.

Коломбо: Сэр, мне по этому вопросу надо посоветоваться с экспертом. Я имею в виду собственную жену. В этих делах она гораздо лучше меня понимает. Но посоветовавшись с ней, я обязательно к вам вернусь, сэр.

Путин: Коломбо, я ни на секунду не сомневался, что вы ко мне вернетесь…