В двухстах метрах от дома,  в котором я последние годы живу, на улице Венцека (бывшая Заводская или Базарная)  на пресечении с Чапаевской есть старое, но крепкое здание из красного кирпича. В нем находится 13-я городская школа. На табличке у входной двери сообщается, что когда-то в этом здании была гимназия княгини Хованской. И в этой гимназии училась дочь местного адвоката Клавдия Флегонтовна, которая впоследствии окончив Омский медицинский институт, большую часть жизни жила в Азербайджане. Она поначалу работала в Шеки, потом перебралась в Сальяны, была главным врачом глазных больниц в Хыллы и в районном центре. Она была 1903 года рождения, но еще в 1980-е годы, когда ей было за восемьдесят, продолжала проводить операции. В семидесятые годы я работал с ее сыном, преподавателем русского языка и литературы, в одной школе. Однажды он меня пригласил в гости и таким образом  я познакомился с Клавдией Флегонтовной. Я очень плохо говорил по-русски, но, к счастью, Клавдия Флегонтовна, как это сказать… меня «одобрила», сама стала меня звать и потом многие годы я практически каждые выходные бывал у них. Общение с Клавдией Флегонтовной для меня стало настоящей и высшей школой. У них была богатая библиотека, она знала классику, несмотря на преклонный возраст, постоянно читала современную литературу. Она была заслуженным врачом республики и имела возможность оформлять подписку на дефицитные тогда издания – «Иностранную литературу», «Литературную газету», «Роман-газету». При каждом моем посещении она делилась впечатлениями от только что прочитанного. Очередь быстро доходила до меня и я с очередным свежим номером «Иностранки» счастливо возвращался к себе в деревню…

Тогда и в голову не могло прийти, что через лет десять окажусь на ее родине, в Самаре, которая тогда называлась Куйбышев, и навсегда останусь там…

Зимой 1990 года она умерла. Практически в одно и то же время с ней умер ее сын Олег, тоже врач. А Сабир муаллим, педагог, находился в Баку на лечении. Одним словом, такого заслуженного человека, которого вроде в Сальянах все любили и была настоящей живой легендой, похоронили не по-человечески. То есть спустя некоторое время, когда я приехал на родину, оказалось, что никто не знает места захоронения…

Когда в 2004 году меня в областной библиотеке, где я тогда работал, «нашел» Ширван Керимов и предложил стать редактором газеты, которую возглавляемая организация собирается издавать Я почти сразу историю Клавдии Шаровой ему рассказал. Ширван муаллим очень живо и эмоционально реагировал, сказав, что найти могилу этой выдающейся женщины наш долг, если мы считаем себя самарскими азербайджанцами. В 2006-году Ширван Керимов сам приехал в Сальяны, встретился с главой района. Глава, который оказался бывшим преподавателем Ширвана по политехническому институту и даже помнил его, обещал организовать поиски могилы и установить  памятник. Он при нас даже вызвал своих починенных и дал необходмые указания. Прошло несколько месяцев, но сальянские чиновники никаких реальных шагов не предприняли. Тогда я, будучи в очередном отпуске,  со своим сальянским  товарищем, учителем математики Мамедагой Ахадовым стал  проводить опрос тех, кто мог бы знать обстоятельства похорон доктор Шаровой. Такие люди в конечном итоге нашлись. Ширван Керимов попросил Мамедаги муаллима, чтобы он занялся изготовлением памятника. Мамедага муаллим нашел мастера, который, как оказалось, хорошо знал доктора и даже готов был, по его словам,  «бесплатно выполнить работу». Мы настояли, чтобы он назвал стоимость работы. И он назвал: 600 долларов. Ширван Керимов из Самары перевел деньги и вскоре памятник был установлен на могиле доктор Шаровой на Сальянском кладбище…

На памятнике нет имени Ширвана Керимова. На азербайджанском и русском языках есть надписи: «от самарских азербайджанцев»…

К слову: примерно тогда же по инициативе, активном участии и значительных организаторских усилиях Ширвана Керимова в Азербайджане с большой помпой прошли Дни Самарской культуры»

++++++++++++++++++

Кажется, весной 2021 года Ширван Керимов мне сказал, что предприниматель Кенан Исаев (в настоящее время находится под арестом) «предлагает издать твои переводы классической русской поэзии». Я этими переводами занимаюсь больше сорока лет, и всегда опасался, что так как они не опубликованы, после меня просто потеряются… Книга в 400 страниц вышла в Баку в августе 2021 году. Деньги на издание дал Кенан Исаев, но всю организационную работу выполняли Ширван Керимов и его близкий друг в столице Азербайджана…

Были планы проводить презентацию сборника в Баку и здесь в Самаре. Но потом не до книги стало: ковид, СВО, обострение отношений между Баку и Москвой…

Теперь хочу подчеркнуть важную деталь. В 2021 году мне было почти семьдесят. И к тому времени, как и до сегодняшнего дня, мои собственные стихотворения не были опубликованы. И существуют только в рукописях. Ширван Керимов мог бы предложить издать мои оригинальные сочинения. Но он предпочел, чтобы издать переводы русской поэзии. Он, как общественный деятель в специфической сфере и как человек, значительную часть проживший и проживающий в России, являющийся ее гражданином, решил таким образом отдать долг стране, приютившей многих из нас в трудное время.

Ж

И таким сборником он, думаю, хотел выразить свою любовь и любовь соотечественников к России. Он не стеснялся  свои чувства выразить публично. Он даже не понимал, что многие его искренние признания могут понять превратно, заподозрить его в неискренности, в игре или заигрывании, в угодничестве…

А я никогда не сомневался, что Россию, русских он любил и никакое решение не помешает ему продолжать любить страну, где прошла большая часть его жизни…

Его любовь к России не мешала его любви к своей исторической родине. Он открыт другим культурам, хоть и за свою жизнь путешествовал не так много, он открыт миру, и будет не большим преувеличением,  если скажу, что он по природе и по ментальности человек мира, гражданин мира…

Вот здесь можно и завершить небольшую историю.

У времени нашего есть проблемы со здоровьем. Есть некоторая нервозность. У времени, как и само время, все проходит, пройдет и эта нервозность. Тогда все станет на свои места…

 08. 07. 2026, Самара

P.S. В конце восьмидесятых годов прошлого уже века я некоторое время работал на производстве силикатного кирпича. Был там плотник Женя, примерно сорока лет мужчина, у которого несколько пальцев не хватало, видимо, из-за того что на работе пил. Однажды при мне он выбежал из мастерской весь в крови и с диким криком: «Совсем пальцев не осталось!

Оказалось, что под электропилу попало еще два его пальца…

Хорошие, полезные люди как пальцы на руке. Их надо беречь. Иначе с кем и с чем останемся?…

Х.Х.